Роковая Усть-Луга

У порта Усть-Луга дурная привычка: он словно перемалывает тех, кто пытается им владеть. Человек, который его построил, в конечном итоге был осужден, а тот кто подобрал его главный актив, спустя годы оказался в изоляторе ФСБ по делу об убийстве. Между двумя этими падениями — не хаос, а на удивление ровная линия: с каждой сменой владельца контроль над Усть-Лугой поднимался на ступень выше — от частного застройщика к теневому магнату, а от него к государственным структурам и людям из ближнего круга Владимира Путина.

Застройщик, с которого всё началось

Валерий Израйлит был не арендатором и не стивидором — он был отцом-основателем порта. Его ОАО «Компания Усть-Луга» выступало заказчиком-застройщиком всего комплекса, а через ОАО «Транспортно-логистический комплекс» он контролировал самый лакомый актив — многопрофильный терминал «Юг-2».

В декабре 2016 года Израйлита арестовали. Следствие вменяло хищение около 1,5 млрд рублей бюджетных средств, выделенных на стройку порта; в итоге суд в 2023 году осудил его за незаконные валютные операции с использованием подложных документов — шесть лет колонии, но с учётом времени в СИЗО и под домашним арестом он вышел на свободу почти сразу.

Но приговор — это финал. Главное случилось раньше и тише: банкротство Израйлита стало спусковым крючком передела всего порта. По искам Сбербанка и Балтинвестбанка его активы пошли с молотка. Компанию-застройщика забрал транспортный холдинг «Новотранс» Константина Гончарова. А самый ценный кусок — терминал «Юг-2» — ушёл к человеку, чьё имя в Петербурге было принято произносить вполголоса — Илье Траберу. Пока основатель порта сидел в СИЗО, порт негласно менял хозяев. Свято место не пустовало ни дня.

«Антиквар», который подобрал актив

Илья Трабер по прозвищу «Антиквар» — фигура из другой эпохи. Бывший офицер-подводник, в 1990-е — владелец петербургского центра «Антиквар», давно и прочно связанный в публикациях с портовым бизнесом Приморска и Усть-Луги. Испания много лет держала его в международном розыске по делу Малышевской ОПГ.

Именно структуры Трабера — ООО «Новые коммунальные технологии» — в ходе банкротства «Транспортно-логистического комплекса» зашли на «Юг-2» как залоговый кредитор, а к маю 2021 года Трабер стал единоличным владельцем терминала.

Держал он его недолго — и в этом вся суть. Уже в сентябре 2021 года Трабер перепродал актив структурам «Газпрома» и Аркадия Ротенберга (проект «РусХимАльянс»), сделку оценивали примерно в 500 млн долларов. Терминал, доставшийся теневому магнату из банкротства опального застройщика, за один шаг оказался в руках государственной корпорации и людей из самого близкого круга Владимира Путина.

А в июне 2026 года пришли уже за самим Трабером. 17 июня его задержала ФСБ — по версии следствия, он причастен к организации заказного убийства депутата Александра Петрова, застреленного под Выборгом в октябре 2020 года; в Петербурге прошли обыски.

Почему Усть-Луга «роковая»

Сложите два дела рядом — и увидите не совпадение, а механизм. Застройщик Израйлит построил порт и сел. Его актив — «Юг-2» — ушёл вниз по цепочке банкротства. «Антиквар» Трабер подобрал этот актив со дна банкротства и через несколько лет передал наверх — государству и Ротенбергам. А затем сам оказался под следствием по тяжкой статье.

Каждый, кто держал ключевой терминал, в итоге выбывал со сцены. Но контроль над портом при этом не рассыпался, а консолидировался: траектория актива вела строго в одну сторону — от частника к теневой фигуре, от теневой фигуры к государственно-олигархическим структурам. 

Усть-Луга — второй порт страны и крупнейший на Балтике. За право контролировать её грузопотоки платят по-крупному — иногда свободой, иногда, как в деле Петрова, и чужой жизнью. И пока прежние владельцы один за другим уходят под суд, кто-то методично расширяет свой контроль над портом — и этот «кто-то» с каждой сделкой всё ближе к вершине. Скоро мы найдем ответ на этот вопрос.