Сенат США одобрил «адские санкции» против России

Сенат США 7 августа одобрил крупнейший за последние годы пакет новых санкций против России. За Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026 проголосовали 86 сенаторов, против — 11. Единственным республиканцем, выступившим против, стал Рэнд Пол. Теперь документ должна принять Палата представителей, которая находится на каникулах до 31 августа. Только после этого законопроект сможет попасть на подпись Дональду Трампу.

Документ назван в честь сенатора-республиканца Линдси Грэма, одного из самых последовательных сторонников Киева в Конгрессе. Грэм внезапно умер 11 июля. Незадолго до смерти он приезжал в Киев, встречался с Владимиром Зеленским и объявил, что после долгих переговоров согласовал новую версию санкций с Белым домом. Его сестра Дарлин Грэм, назначенная на освободившееся место в Сенате, 7 августа объявила итог голосования. Зал встретил результат аплодисментами.

Первую важную победу сторонники проекта одержали еще 28 июля — в день похорон Грэма. Тогда Сенат 86 голосами против 12 поддержал процедурное решение о продолжении рассмотрения документа. В Вашингтон на похороны приехал Зеленский, который перед голосованием встретился с сенаторами и Дональдом Трампом.

Самая громкая цифра в новом документе — 500%. В течение 30 дней после вступления закона в силу президент должен получить возможность поднять до этого уровня пошлины на любые товары, которые США импортируют непосредственно из России. В тексте отдельно перечислены нефть, газ, СПГ, нефтепродукты, нефтехимия и уголь. Причем новая ставка должна прибавляться к уже действующим пошлинам и сборам.

Выглядит это страшнее, чем может оказаться на практике. Российско-американская торговля после 2022 года уже почти исчезла. По данным представительства США по торговле, в 2025 году весь товарооборот составил около $4,4 млрд. США экспортировали в Россию товаров всего на $593 млн, а ввезли российских товаров на $3,8 млрд. Правда, импорт за год неожиданно вырос на 26,1%, или на $786 млн.

Полностью закрыть даже этот небольшой импорт Вашингтон пока не может. Среди оставшихся российских поставок — удобрения, металлы, химическое сырье и продукция атомной отрасли. Особенно показательна ядерная энергетика. По данным Управления энергетической информации США, в 2024 году на Россию приходилось 20% услуг по обогащению урана, приобретенных американскими операторами АЭС. Еще 18% давала Франция, 15% — Нидерланды, тогда как доля самих США составляла только 19%.

Поэтому запрет на российский обогащенный уран, введенный Вашингтоном еще в 2024 году, изначально получил систему исключений на переходный период. Новый законопроект одновременно требует применять санкции против руководителей «Росатома» и его структур, но физическую зависимость американской атомной энергетики одним голосованием Сената устранить невозможно.

Настоящая цель проекта находится не в самой России, а в Азии. Закон дает президенту право установить пошлины до 100% на весь импорт в США из государств, которые продолжают покупать российскую нефть или газ и входят в пятерку крупнейших покупателей этих ресурсов. Такой же механизм предусмотрен для пяти стран, которые Вашингтон сочтет главными помощниками Москвы в обходе нефтяных санкций.

В первую очередь речь идет о Китае и Индии. С декабря 2022 года по июнь 2026-го Китай приобрел половину всего экспортированного Россией сырой нефти, Индия — еще 36%, подсчитал Centre for Research on Energy and Clean Air. В июне Китай купил российских энергоносителей на €7,3 млрд, Индия — на €5,5 млрд. Индийский импорт российской нефти тогда вырос сразу на 34% за месяц и достиг рекорда: одной только нефти страна приобрела на €4,5 млрд.

Именно поэтому вторичные тарифы потенциально намного опаснее для Москвы, чем 500-процентная пошлина на небольшой прямой российский экспорт в США. Но здесь же находится главное слабое место закона. Применять тарифы придется против крупнейших торговых партнеров самих Соединенных Штатов. Китай и Индия могут не отказаться от российской нефти, а ответить собственными торговыми мерами или перевести еще больше закупок в менее прозрачные схемы.

Россия уже создала для этого огромную инфраструктуру. Новый закон отдельно позволяет блокировать суда, которые перевозят российские нефть, СПГ, уран, нефтепродукты и уголь в обход ограничений. Под удар попадают владельцы и операторы танкеров, страховщики, капитаны, посредники, продавцы судов России и порты, обслуживающие санкционный флот. Санкции распространяются также на танкеры, участвующие в перегрузке российской нефти с судна на судно.

К июню 2026 года 54% российской нефти, перевозимой морем, уже шло на судах «теневого флота», находящихся под санкциями, по подсчетам CREA. Поэтому американцам придется не просто добавить новые названия в черные списки, а заставить банки, страховщиков, порты и покупателей в третьих странах действительно соблюдать ограничения.

Законопроект заметно усиливает и финансовый блок. В течение 30 дней после его вступления в силу президент должен применить как минимум две предусмотренные меры против Центрального банка России и полный набор предусмотренных финансовых санкций против Сбербанка, ВТБ и Газпромбанка. Тот же режим может распространяться на другие российские финансовые организации с государственным участием и на иностранные банки, которые проводят с ними значительные операции.

Отдельно прописаны Владимир Путин, премьер-министр, министры обороны, иностранных дел, финансов, энергетики, промышленности и транспорта, руководство Генштаба, ФСБ, СВР, Росгвардии и командующие родами войск. Под санкции могут попадать российские олигархи, их структуры и иностранные компании, снабжающие российский ВПК станками с ЧПУ, нитроцеллюлозой, специальными покрытиями, оптоволокном, датчиками и другими товарами двойного назначения. Многие из перечисленных чиновников и банков, впрочем, уже находятся под американскими ограничениями.

Еще один отдельный объект — российские проекты СПГ. В тексте прямо названы «Ямал СПГ», «Арктик СПГ-1», «Арктик СПГ-2» и «Арктик СПГ-3», а также новые энергетические проекты в российской Арктике. Ограничения могут применяться к руководителям, крупным акционерам и другим лицам, связанным с ними.

Таким образом, в отличие от ранних вариантов проекта, речь идет уже не только о красивой угрозе в виде 500-процентных тарифов. В документ вписаны банки, ЦБ, «Росатом», СПГ, арктические проекты, «теневой флот», российское военно-политическое руководство и зарубежные поставщики российского ВПК.

Но огромное пространство для маневра сохранилось у самого Трампа. Закон разрешает президенту приостанавливать санкции и пошлины, если он письменно удостоверит Конгресс, что это отвечает национальным интересам США. Даже тарифы прописаны как ставка «до 100%» или «до 500%», а не обязательные 100% и 500%.

Именно это вызвало сопротивление части демократов и либертарианского крыла республиканцев. Рон Уайден и Рэнд Пол пытались полностью убрать из законопроекта новые тарифные полномочия президента, но Сенат отверг их поправку. Демократы Грегори Микс и Дон Бейер заявили, что Трамп получает инструмент, который сможет использовать не столько против России, сколько в торговых войнах с другими странами. Пол назвал пошлины налогом, который в конечном счете платят американские потребители.

Проект приняли в момент, когда российские нефтегазовые доходы и без того заметно просели. В 2025 году нефтегазовые поступления российского бюджета упали на 24%, а дефицит федерального бюджета достиг 5,6 трлн рублей, или 2,6% ВВП — максимума с 2020 года в относительном выражении.

Однако заставить Китай и Индию отказаться от российской нефти остается значительно сложнее, чем ввести санкции против очередного российского банка. Москва уже продает большую часть нефти вне западного рынка, Китай и Индия получают сырье со скидками, а «теневой флот» позволяет менять суда, флаги, страховщиков и маршруты.

Поэтому голосование 86 против 11 — прежде всего очень сильный политический сигнал. После года споров Сенат показал редкое двухпартийное единство вокруг Украины и одновременно увековечил главный внешнеполитический проект Грэма. Но для Кремля значение имеет не название «адские санкции» и не цифра 500%. Значение будет иметь другое: примет ли документ Палата представителей и решится ли затем Трамп действительно ударить тарифами по Китаю и Индии.

Пока закон дает ему такую возможность. Пользоваться ею или нет — во многом тоже решать Трампу.