Битва за МРТ

1 августа во время поездки в Кызыл премьер-министр Михаил Мишустин у установленного в диагностическом центре МРТ спросил министра здравоохранения Михаила Мурашко, как продвигается создание российского аппарата. «Это делает Росатом», — ответил министр. Мишустин уточнил: «Росатом нам когда обещал его?» Мурашко сообщил, что завершить работы рассчитывают в следующем году. Премьер поставил задачу: в 2027 году отечественный МРТ должен появиться.

По информации источника «Преступной России», история с сорванными сроками создания отечественного МРТ получила неожиданное продолжение вокруг близкой к «Росатому» группы компаний «Медскан». Собеседник издания утверждает, что покровители «Медскана» и его основателя Евгения Туголукова пытаются войти в сферу разработки и поставок отечественного диагностического оборудования.

15 октября 2024 года АО «Росатом Технологии здоровья» возглавил Алексей Перепелица. После назначения он занял жесткую позицию в отношении дальнейшего усиления «Медскана» в проектах госкорпорации. Сам Перепелица избегает открытого конфликта с Туголуковым. По версии источника, позицию Перепелицы поддерживает группа руководителей внутри «Росатома», выступающая против расширения присутствия «Медскана» и Туголукова в крупных проектах госкорпорации.

Именно с этой командой источник связывает появление в СМИ негативных материалов о Туголукове. Такие публикации используются для ослабления позиций предпринимателя и ограничения его доступа к новым крупным государственным контрактам.

Мотивацию этой борьбы собеседник «Преступной России» объясняет просто: за Туголуковым стоят влиятельные партнеры по авиационному бизнесу, связанному с компанией «Русджет». Среди них Валерий Битаев, которому источники СМИ приписывают широкие связи в силовых структурах, и Аркадий Беркович, ранее фигурировавший в уголовном деле, связанном с группировкой Аслана Гагиева. Сам Туголуков в авиационном бизнесе выступает скорее как номинальный владелец. Похожая модель действует и вокруг «Медскана».

По оценке источника, эту группу товарищей тяжело рассматривать как «классическую дойную корову» — бизнес-группу, на которую можно без серьезных последствий давить ради денег. Напротив, собеседник считает, что влияние людей из окружения Туголукова делают прямое давление на него рискованным, поэтому его оппоненты предпочитают действовать через аппаратные механизмы и информационные атаки.

Что особенно примечательно, тема томографов уже возникала в семье партнера Туголукова — Битаева. Его сын Валерий Битаев-младший в конце 2012 года возглавил компанию «РТ-Мединтегратор», поставлявшую томографы Philips и другое медицинское оборудование российским госучреждениям.

До него компанией руководил подполковник Артем Кузнецов — фигурант американского «списка Магнитского». По подсчетам «Новой газеты», только в 2012–2013 годах «РТ-Мединтегратор» получил госконтракты примерно на 436 млн рублей, причем более 300 млн рублей пришлось на Минздрав Волгоградской области, где Битаев-старший в тот период занимал пост заместителя председателя регионального правительства и руководил представительством области в Москве. .

История с томографами у «Росатома» началась весной 2022 года, когда медицинский дивизион госкорпорации — АО «Русатом Хэлскеа» — объявил о разработке полностью российского высокопольного томографа на 1,5 Тл. Проект включал создание аппарата и регистрацию в Росздравнадзоре и переход к серийному производству к 2026 году. Производственную линию рассчитывали вывести на мощность до 65 МРТ в год. Проект получил государственную поддержку Минпромторга, а 15 декабря 2022 года было подписано соглашение о предоставлении бюджетной субсидии.

В том же 2022 году проект находился в центре федеральной повестки по импортозамещению медицинской техники. В октябре НИИТФА «Росатома» посещали вице-премьер Татьяна Голикова и Михаил Мурашко, которые знакомились с отечественным оборудованием для диагностики и лечения онкологических заболеваний.

К августу 2026 года этот срок выполнить не удалось. Согласно актуальной информации НИИТФА, сейчас существует опытный образец МРТ 1,5 Тл. Его предварительные испытания завершены, однако технические и токсикологические испытания продолжаются. Клинические исследования в НИИ урологии и интервенционной радиологии имени Н. А. Лопаткина запланированы до конца года.

Гендиректор НИИТФА Дмитрий Чесноков в конце 2025 года говорил, что в 2027-м планируется изготовить три серийных аппарата для опытной эксплуатации, в 2028-м — поставить десять, а на полную мощность выйти только в 2029 году. Актуальный ориентир — до 40 томографов ежегодно, около четверти российской потребности, которую в институте оценивают примерно в 140 аппаратов в год.

Это ниже заявленной в 2022 году мощности — до 65 МРТ ежегодно. Уже после разговора Мишустина с Мурашко Минпромторг объявил новый конкурс на заключение специального инвестиционного контракта по внедрению технологии производства магнитно-резонансных томографов. Сам по себе конкурс не свидетельствует о причинах задержки проекта «Росатома», однако показывает, что промышленная модель российского производства МРТ в 2026 году по-прежнему находится в стадии формирования.

В 2024-м «Русатом Хэлскеа» переименовали в АО «Росатом Технологии здоровья» в ходе перехода госкорпорации на единый бренд. В годовом отчете «Росатома» за 2024 год указано, что научный дивизион расширился за счет организаций, ранее входивших в «Технологии здоровья».

В феврале 2022 года «Русатом Хэлскеа» приобрел 25,001% группы «Медскан» Евгения Туголукова, а летом 2023-го увеличил пакет до 50%. В июне 2026 года после появления нового финансового инвестора доли структур «Росатома» и Туголукова снизились примерно до 45% каждая. «Медскан» при этом продолжает подготовку к IPO.

В итоге история выглядит парадоксально. «Росатом» за четыре года так и не довел собственный МРТ до серийного производства. Но и возможная ставка на «Медскан» и связанный с Туголуковым круг людей не выглядит очевидным решением проблемы: вокруг этой группы ранее возникали вопросы о распределении государственных контрактов, а семья Битаевых уже оказывалась в центре скандала с крупными закупками томографов для регионального здравоохранения.

На этом фоне вопрос Мишустина — «Росатом нам когда обещал его?» — еще долго останется без ответа, а больницы без качественных томографов.