Ой, мама, мама, я все забыл

Закон предполагает, что пользователь может требовать удаления недостоверной и неактуальной информации о нём, а также персональных данных. Исключение составили только сведения об уголовных делах, да и то — пока сроки привлечения к уголовной ответственности не истекут.

Об этом сообщает Роспрес

«Он паршивый!», — кратко охарактеризовал суть принятого закона сопредседатель Ассоциации пользователей интернета, руководитель Центра защиты цифровых прав Саркис Дарбинян. Господин Дарбинян подчеркнул, что представителям отрасли дали всего 2 дня на то, чтобы представить свои замечания по законопроекту: «создали видимость, что к отрасли прислушались».

Представители поисковых сервисов сосредоточились, и даже за 2 дня успели дружно раскритиковать законопроект, в первом чтении носивший совершенно неадекватный характер, назвав итоговую версию антиконституционной и плюющей на все особенности функционирования поисковых систем, как таковых.

Эксперты теперь постоянно шутят, выкладывая картинки, изображающие «будущее интернета», в котором почти на любой вопрос Google или Yandex, или Mail отвечает: «По вашему запросу ничего не найдено». А куда деваться? Лучше добросовестно забыть «устаревшую» или «не соответствующую действительности» (по чьему-то частному мнению) информацию, чем платить каждый раз стотысячные или трёхмиллионные штрафы.

Правда, «забыть» в интернете что-то очень сложно. Закон фактически навесил на поисковики обязанность борьбы с ветровыми мельницами: ребята из Google могут хоть круглые сутки удалять ссылки из поисковика – информация на сайтах-первоисточниках никуда не денется, но и «ненужная» публичных лицам информация до общественности теперь не дойдет.

Yandex: найдётся все?

«Мы постоянно говорили, что поисковые системы не могут самостоятельно проверять обоснованность обращения и достоверность информации, а также принимать решения по этим обращениям. Поэтому неправильно передавать им функции судов и правоохранительных органов», — рассказала корреспонденту The Moscow Post представитель «Яндекса» Ася Меклумова.

Правда, поисковики, в отличие от настоящих судов и правоохранительных органов, в случае принятия неправильного решения, на которое им отводится 10 дней (при этом речь идёт только об отказе удалить неприятную информацию, если удалили что-то лишнее — ничего страшного), ждёт денежное наказание. Если интернет-Фемида с «обоснованностью» прогадала, вернее, если так решит российское правосудие – поисковик заплатит 100 тысяч рублей. Если представители поисковика, все ещё считая удаление информации необоснованной, «пойдут на принцип» — штраф в размере 3 млн рублей охладит их пыл. Мнением поисковиков, есть ли у них вообще время и ресурсы заниматься таким судейством – никто, конечно, не поинтересовался. И на прозрачный намек «Рамблера», что неплохо бы и приплачивать за такую работенку, внимания никто не обратил.

Позднее думский комитет по информационной политике предложил пересмотреть автоматический стотысячный штраф. Но приняли закон сейчас, а пересмотр одного из самых абсурдных его положений – только осенью.

Ещё в первом чтении законотворцы попытались сократить память интернета до 3 лет, обязав удалять всю «устаревшую информацию», но попытка вышла грубой. «Депутаты предложили нечто немыслимое в мировой практике — чтобы человек, сотрудничавший с Гестапо, получил право на компенсацию в миллион рублей за констатацию факта, что он сотрудничал с Гестапо», — пояснил в одном из интервью медиамеджер Антон Носик.

Дарбинян указал, что к последнему чтению депутаты умудрились ещё ухудшить законопроект, заменив трёхлетний срок «устаревшей» информации на бессрочную «неактуальную» информацию: «Понятие актуальность – это не правовая дефиниция. Теперь любое лицо, которое считает даже вчерашнюю информацию неактуальной, обращается, и они должны её удалить. Да хоть вчерашняя новость про коробки с депутатскими миллионами, вынесенные из питерского банка».

Закон, которого нет

Как всегда в крайних случаях, представители власти любят аргументировать новые внешне не совсем адекватные предложения тем, что в передовых странах «это уже давно есть». Про закон о «праве на забвение» повсеместно распространилась та же байка – мол, он уже давно применяется в Европе. Немного ясности внес все тот же Носик, который любезно напомнил, что в Европе подобный закон будет принят не раньше 2017-2018 года. Что-то они не торопятся!

Как поясняет Носик, успешное принятие законопроекта в ЕС ожидает лишь в одном случае: если «его условия к этому времени удастся согласовать, сформулировать и заручиться поддержкой парламентского большинства для этих формулировок. Сегодня этот закон в Европе не только не принят, он ещё не написан!».

А учитывая, что одна из крупнейших мировых интернет-поисковиков – это американский Google, зарегистрированный в стране, где действует первая поправка в Конституции, запрещащая ограничение свободы слова, европейцы вряд ли вообще примут этот закон. Потому что после этого им придётся либо «отключить» Google, либо – просто перестать валять дурака.

Интересно, что, согласно распространенному (и небезосновательному мнению) законодатели, в первую очередь, пописывая новые законопроекты, не забывают о себе, любимых. Эксперты пока боятся даже предположить конкретные детали того, во что прекратится Рунет с начала следующего года, когда закон вступит в силу. «Одно ясно точно — это погрузит российскую зону интернета в ещё больший мрак и приведет к очевидным множественным злоупотреблениям со стороны чиновников и депутатов», — резюмировал Дарбинян.

«В соответствии с позицией Европейского суда по правам человека, публичные фигуры должны обладать большей терпимостью к открытости и критике. Здесь же все это может привести к тому, что информация о любых неблаговидных поступках публичных лиц может стать закрытой. На мой взгляд, это ещё один шаг, который ограничит и журналистов, сделав их труд во многом бессмысленным, ограничит в какой-то мере и свободу слова, поскольку здесь одно без другого существовать не может», — пояснил корреспонденту редакции адвокат, эксперт Федеральной палаты адвокатов Александр Чангли.

Небольшая надежда все же есть – если закон оспорят в суде: «Я думаю, что после того, как этот закон вступит в силу, он будет обжалован в Конституционному суде, поскольку его несоответствие Конституции бросается в глаза», — подтвердил господин Чангли

Одно из главных отличий российского варианта закона о «праве на забвение» от его европейского ещё не написанного аналога и американского аналога, который не будет написан никогда (пока действует первая поправка о свободе слова — прим. ред.), заключается в том, что в России «забыли» учесть баланс интересов общественной и частной жизни. Если конкретнее, депутаты и чиновники смогут удалять неприятную информацию о себе наравне со всеми. Тот факт, что народ будет ограничен в допуске к важной информации о своих слугах (о старых скандалах с их участием, например — прим. ред.), не учтен совершенно. Почему? «По вашему запросу ничего не найдено».